Светлой памяти Бориса Зильберштейна

Арон Черняк
По поручению членов Клуба книголюбов Хайфы

СЛОВО О ДРУГЕ


Экслибрис Б. Зильберштейна.
Худож. Е. Блюмкин. 1989 г.
   Он казался немощным, передвигался медленно, с трудом, дышал плохо, с натугой. Но в его ясных голубых глазах неизменно светился живой ум и неуемный дух. Малоподвижный физически, он был очень подвижен духовно – в словах, инициативах, начинаниях. Он был типичным энтузиастом, таковых уже немного осталось. Добрый, благожелательный, отзывчивый… Рука не поднимается писать «был, был, был…». А теперь его, внезапно, – больше нет. Но как можно говорить «внезапно» о человеке, которому шел девятый десяток? Казалось бы, это естественно, когда уходят в мир иной в таком возрасте. Но дело в том, что понятие «Зильберштейн» и понятие «жизнь» совершенно неразделимы. Бориса Зильберштейна иначе как активным, деятельным не представляли себе те, кто его знал. Он был символом жизни – и не только для людей его возраста, но и для значительно более молодых.

   Борис прожил долгую, тяжелую жизнь. Он родился в 1919 году, получил техническое образование, стал инженером. Началась война. В далеком Красноярске, на большом оборонном заводе, Зильберштейн работал, не жалея ни времени, ни здоровья, ни сил: дни и ночи шла напряженная работа по созданию нового вооружения для армии. Его труд был отмечен высокими наградами. После войны он вернулся в Харьков, работал на заводе. Потом поднимал многострадальное сельское хозяйство Украины (был главным инженером совхоза).
   Уже в молодые годы пришло к Борису его главное увлечение: любовь к книге, стремление к пропаганде книжных знаний, собирание книг. Это стало его второй натурой, неотъемлемой, органической частью духовного и физического существования. Работники библиотек и книжных магазинов Харькова хорошо знали своего постоянного посетителя. Он установил связи с книголюбами не только Харькова, но и Москвы, Ленинграда, став желанным гостем в их домах (к примеру, в доме М.С. Лесмана). В начале 60-х гг. Харьковский клуб книголюбов принял его в свои члены, а позже ему довелось возглавить это, одно из старейших в СССР, книголюбских объединений*.
 
   * Подробнее об этом периоде жизни сам Б. Зильберштейн рассказывает в статье «Как был закрыт клуб любителей книги в Харькове», опубликованной в настоящем издании (см. с. 151-155).

   Приехав в Хайфу в 1993 году, Борис Иосифович не долго думал, чем ему заняться: уже спустя несколько месяцев он развернул широкую кампанию за создание в городе Клуба любителей книги. И это принесло свои плоды: 5 июля 1993 года состоялось учредительное собрание Клуба книголюбов Хайфы. Созданный Зильберштейном клуб стал трибуной научного и художественного творчества. Об этом свидетельствуют, например, два выпуска альманаха «Хайфский библиофил»: первый называется «Наш венок Пушкину», второй посвящен хайфскому писателю Борису Полякову.
   Ничего этого не было бы без Бориса Зильберштейна. Своими успехами клуб во многом обязан этому бескорыстному энтузиасту и подвижнику, а потому мы должны сделать все возможное, чтобы и в дальнейшем клуб продолжал свою деятельность, – это будет лучшим памятником его основателю и первому председателю. К этому стоит добавить, что его детище – Клуб книголюбов – продлило и осветило творчеством последние годы жизни этого необычного человека.
   Борис Иосифович Зильберштейн умер 18 марта 2002 года. Отдавая дань светлой памяти нашего товарища, мы хотим обратиться со словами благодарности и признательности к Полине Зильберштейн – супруге, верному другу и помощнику во всех его свершениях.

предыдущая глава следующая глава
оглавление книги