Борис Ландсман

«ФИШКА ХРОМОЙ» М. МОЙХЕР-СФОРИМА В ОФОРТАХ АГАТОЛИЯ КАПЛАНА
(К 100-летию со дня рождения художника)

   Имя замечательного ленинградского художника Анатолия (Танхума) Каплана (1902 – 1980) в последние десятилетия приобрело широкую и заслуженную известность. Его творчество нашло признание не только в России, но, в еще большей мере, за ее пределами. В Западной Европе и Америке – везде, где экспонировались работы Каплана и издавались альбомы его графики, – критика писала о нем в приподнятых тонах, что способствовало его популярности и приобретению работ художника многими музеями мира.

   Волею случая в моей коллекции графики хранится серия офортов Каплана, иллюстрирующих роман Менделе Мойхер Сфорима «Фишка Хромой». Однако прежде чем рассказать о них, попытаюсь вкратце остановиться на творческой биографии художника, уроженца белорусского городка Рогачева, расположенного близ Гомеля.

   Анатолий Каплан в 1927 году окончил Ленинградскую Академию художеств по специальности живопись. Его педагогами были замечательные художники А. Рылов, Н. Радлов, К. Петров-Водкин. Но «чистым» живописцем Каплан не стал. Поначалу пришлось перепробовать множество видов художественной деятельности: он создавал плакаты, занимался оформлением интерьеров, работал в области промграфики, проиллюстрировал несколько книг – в общем, художник пытался найти свое место в удивительно шумной разноголосице искусства конца 20-х – начала 30-х годов. Эти поиски привели Каплана в середине 30-х к занятию литографией. Именно литография, которой он занимался почти всю свою творческую жизнь, покорила его, сделала своим верным рыцарем и, наконец, принесла ему всемирную известность. Литографии же всегда свойственно живописное начало. Но на закате жизни, в середине 70-х годов, Каплан неожиданно оставляет литографию и обращается к офорту. Вспоминаются слова замечательного советского художественного критика Абрама Эфроса: «Живописец, взявшийся за графику, становится философом собственного творчества»1.

   В середине 70-х годов художник создает большой автобиографический цикл «Рогачев» (1975) и серию офортов «Одиннадцать песен из еврейской народной поэзии на музыку Шостаковича» (1977). В то же время был создан и цикл офортов к роману Менделе Мойхер Сфорима «Фишка Хромой» (1976).


А. Каплан. Портрет М. Мойхер Сфорима. Из серии литографий к его роману «Фишка Хромой». 1966 г.
   «Фишка Хромой» (на идиш – «Фишке дер Крумер») – самое блистательное произведение «дедушки еврейской литературы» Мен-деле Мойхер Сфорима (псевдоним Шолома Абрамовича, 1835? – 1917). Поначалу (в 1869 г.) писателем была написана одноименная повесть о жизни еврея-бродяги, переросшая позже (в 1888 г.) в обширный роман, инсценировки которого в 1890-е гг. часто ставились в еврейских театрах. Это произведение дважды вдохновляло Анатолия Каплана на создание графических циклов. Первый раз, в 1966 – 67 гг., художник издает серию автолитографий, блестяще имитирующих каменные рельефы, наподобие старинных надгробных плит, на которых запечатлены головы и фигуры персонажей романа. Вся эта суровая монументальность Древнего Востока – прародины евреев – производит неизгладимое впечатление.

   Второй раз Каплан обратился к «Фишке Хромому» спустя 10 лет, в 1976 году, создав серию офортов. На сей раз это скупая линия, то нервная и угловатая, то плавно текущая. Никаких бытовых подробностей, никакой описательности, – только портретные изображения да скупые пейзажные мотивы. И вновь художник добивается поразительной силы воздействия на зрителя. Тут нельзя не согласиться с искусствоведом Борисом Сурисом, отметившим: «Каплан – художник, у которого неуспокоенность достигнутым и достаточно динамичное творческое развитие парадоксально сочетаются с удивительным постоянством душевных склонностей, верностью одной излюбленной, выношенной, выстраданной теме»2. Эта тема – неизменная любовь художника к еврейской литературе и фольклору.


А. Каплан. Заглавный лист серии офортов к роману М. Мойхер Сфорима «Фишка Хромой». 1976 г.


А. Каплан. Два "орла". Из серии офортов к роману М. Мойхер Сфорима «Фишка Хромой». 1976 г.


А. Каплан. "Рыжий байстрюк и слепая". Из серии офортов к роману М. Мойхер Сфорима «Фишка Хромой». 1976 г.


А. Каплан. "Подаяние спасает от смерти". Из серии офортов к роману М. Мойхер Сфорима «Фишка Хромой». 1976 г.

   Естественно, возникает вопрос: иллюстрирует ли художник эти произведения, или же работы Каплана – самостоятельные листы станковой графики, живущие собственной жизнью в альбомах, в папках или на стенах музеев и выставок. Ответ на этот вопрос неоднозначен. Сам художник по этому поводу как-то сказал: «Персонажи романов и рассказов Шолом-Алейхема, сюжетные ситуации и даже обложки, титульные листы и форзацы решены таким образом, что они вполне могли бы быть использованы при издании произведений этого писателя. Однако я делал их не в качестве иллюстраций»3. И все же жизнь часто вносит свои коррективы в извечные споры. В 1969 году в «Библиотеке всемирной литературы» вышел очередной том: Шолом-Алейхем. «Тевье-молочник. Повести и рассказы» (М., 1969), иллюстрированный репродукциями с литографий Анатолия Каплана. Эта книга была отмечена дипломом 1-й степени на Всесоюзном конкурсе искусства книги (т.е. изданий, лучших по художественному оформлению и полиграфическому исполнению).

   А теперь – краткая история появления в моей коллекции офортов Анатолия Каплана.
   В 60-х годах я изучал историю искусств в Ленинградской Академии художеств. Мои тогдашние пристрастия были отданы истории графики, а к концу учебы – книжной графике «Мира искусства» (дипломная работа – «Георгий Нарбут: Жизнь и творчество»). Все годы учебы меня притягивал к себе графический факультет, где у меня было много хороших знакомых среди студентов и преподавателей. Но более всего меня влекли печатные мастерские – особый мир, где я с трепетом следил за таинством рождения ксилографий, литографий, разнообразных видов офорта. Возможно, мой интерес к печатным мастерским был связан с моей профессиональной деятельностью гравера, которой я занимаюсь и поныне. Дружеские отношения с печатниками сохранились и после окончания Академии в 1969 году. Особенно тесно мы сошлись с великолепным мастером офорта Николаем Трофимовичем Ероховым, который в 70-е годы был печатником у Анатолия Каплана.

   К сожалению, с самим художником мне так и не довелось познакомиться, но многие офорты Анатолия Каплана, благодаря дружбе с Николаем Трофимовичем, оказались в Иерусалиме, в моей коллекции графики известных художников-евреев (Георгия Верейского, Евгения Кибрика, Соломона Юдовина, Ефима Хигера и др.). И безусловно, ее украшением стали многочисленные листы Каплана к «Рогачеву» и цикл из 33 офортов к «Фишке Хромому». И последнее. Недавно наш Иерусалимский клуб библиофилов отметил десятилетие своего существования. За это время многие его заседания были посвящены появлению чудесных библиофильских изданий, созданных под эгидой клуба (стихотворный сборник А.С. Пушкина «Златые дни, златые ночи…» – к 200-летию со дня рождения поэта, 1999), «Тридцать три стихотворения» Гая Валерия Катулла, 2001, и др.) Как знать, быть может, и чудесный роман Менделе Мойхер Сфорима «Фишка Хромой» увидит свет в Иерусалиме, сопровождаемый офортами Анатолия Каплана…

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Эфрос А. Профили. – М., 1930. С. 196.
2 Сурис Б. Анатолий Львович Каплан: Очерк творчества. – Л., 1972. С. 66.
3 Der Grafiker Anatoli Kaplan // Sowjetunion heute (Wien). 1966. 22 Mai. Heft 21. P. 6.

предыдущая глава следующая глава
оглавление книги