Циля Менджерицкая,
Аркадий Зазулинский

"ЗОЛОТОНОСНАЯ ЖИЛА" СОЛОМОНА ЮДОВИНА

   Соломон Юдовин, как нам известно, не оставил литературного наследия - только заметки. В этих листочках, находящихся у авторов статьи, мы находим поразительно точное описание процесса работы замечательного графика:
   «Художник, нашедший свой круг образов, подобен человеку, нашедшему золотоносную жилу. Он начинает волноваться, усиленно копает (не может остановиться), он крепко держится за свою жилу. Когда он копает еще с песком, вы уже видите куски блестящего золота...
   Художник, нашедший свой круг образов, знает, что ему делать, ему становится ясна задача, его не собьешь»1.
   «Золотоносная жила» была и у самого Соломона Юдовина, и он разрабатывал ее с преданностью человека, верившего в свое предназначение: сохранить художественный образ уходившего в прошлое еврейского местечкового быта. И если в молодые годы он делал это в качестве фотографа и художника в знаменитых этнографических экспедициях 1911-1914 гг., организованных его дядей – петербургским писателем С. Анским (С. Раппопортом), то в зрелые годы Юдовин воссоздал милые его сердцу картины «штетла» в станковой графике, иллюстрациях к произведениям еврейских писателей и в альбомах национальных орнаментов, хорошо знакомых ему еще со времен тех самых экспедиций.
   Оставаться верным своему предназначению в годы советской власти было нелегко. Но помимо идеологического давления, непросто было сохранить и свое творческое лицо. Живший в 1920-е гг. в Витебске и работавший в непосредственной близости с такими художниками-новаторами, как К. Малевич, Эль Лисицкий и М. Шагал, Юдовин сумел противостоять новым веяниям художественного авангарда, а позднее – избежал влияния крупнейшего московского графика В. Фаворского, творчество которого сыграло существенную роль в развитии советской ксилографии. Индивидуальность и высокое мастерство позволили Соломону Юдовину преодолеть искусственные препятствия и занять достойное место в истории мировой графики.
   Сегодня художественные свидетельства Юдовина, отразившие мир идишистской культуры, помогают нам восстановить духовную связь с безвозвратно ушедшим прошлым.
   Соломон Юдовин создал иллюстрации к 60-ти книгам, семь из которых, по тем или иным причинам, не увидели света. В числе неизданных оказались и его лучшие работы на еврейскую тему. На трех из них мы хотим остановиться. Это – альбом «Еврейский народный орнамент», роман «Еврей Зюсс» Лиона Фейхтвангера и повесть «Путешествие Вениамина 3-го» Менделе Мойхер Сфорима.

"Еврейские народные орнаменты"

«Отец мечтал увидеть книжку-альбом
«Еврейские народные орнаменты» изданной.
Но ни ему, ни мне пока не удалось ее издать»

Борис Юдовин, сын художника

   В 1920 году был издан альбом-папка с 26-ю гравюрами под названием «Еврейский народный орнамент», сопровожденный вступительной статьей С. Юдовина и М. Малкина. Он включал гравюры на линолеуме, сделанные по материалам упомянутых этнографических экспедиций 1911-1914 годов. В предисловии к альбому художник пишет, что исторически сложившиеся формы еврейского искусства отличаются от форм, принятых у других народов. Еврейское искусство должно быть декоративным, потому что религия разрешала украшать, но не позволяла иллюстрировать – отсюда рисунки в синагогах или на памятниках, как правило, чисто орнаментальные. Еврейская художественная школа никогда не ставила других задач перед художниками. Не имея возможности рисовать людей, художник вносил человеческие черты в рисунки животных, птиц. Здесь всё имело значение: место, где они стоят, их чисто человеческие движения2.
   Это издание осуществилось благодаря энергии местного культуртрегера Эрнашеле Родисона, который в 1918 году, без всякой поддержки, активизировал еврейскую литературную жизнь в Витебске, восстановив еврейскую библиотеку, открыв книжный киоск и т. д. Умер Родисон спустя два года в возрасте 28-ми лет. Последней его работой было издание альбома «Еврейский народный орнамент», ставшего сегодня библиографической редкостью.
   Линогравюры альбома 1920 года были отпечатаны на бумаге плохого качества и разного цвета. Не так давно к нам в руки попал экземпляр альбома, выглядевшего удивительно новым. Бумага была вроде бы старой, но существенно лучшего качества, чем в известных нам экземплярах. При тщательном сравнении стали заметны небольшие расхождения. Было ясно, что это факсимильное издание. В дальнейшем, в одном из подобных переизданий был обнаружен специально вложенный в книжку лист, где сообщалось, что оно было напечатано в 1972-м году. Наш экземпляр не содержал такого листа, да к тому же и бумага в нем была специально состарена, что искусственно приближало его к оригинальному изданию. Бывает и такое...
   В творчестве С. Юдовина «еврейский народный орнамент» – одна из центральных тем, которую он разрабатывал вплоть до начала II мировой войны. К этому времени Юдовин подготовил макет новой книги-альбома3. Для этого издания он привел в порядок ранее сделанные гравированные доски и нарезал новые (с некоторых не было сделано ни одного оттиска).
   Материалы, хранящиеся в Музее Израиля и у авторов статьи, позволяют надеяться, что при наличии определенных средств можно уже сегодня реализовать мечту художника об издании книги-альбома, над которой он работал более 20 лет.

"Еврей Зюсс" Лиона Фейхтвангера

«Образ художником создается не
на основании чтения, а из арсенала
накопленных им наблюдений плюс
глубокое изучение эпохи...
Образ от текста создается на
основании действий и поведения и часто
расходится с описанием автора.
Примеры: «Еврей Зюсс» и др...»4

С. Юдовин

   Известно, что Лион Фейхтвангер был противником иллюстрирования своих книг. Тем не менее, Соломон Юдовин решил проиллюстрировать полюбившийся ему роман «Еврей Зюсс» и работал над ним с 1935 по 1939 годы. Сохранились многочисленные зарисовки зданий, одежды, типажей, характерных для евреев Германии времен Зюсса. Эти рисунки основываются на иллюстрациях и репродукциях, найденных художником в различных изданиях. Такие пе-рерисовки составляют десятки заготовок, выполненных в различных техниках.
   В 1935 году Юдовин создал первые пробные гравюры и послал их автору романа. Вскоре он получил от него ответ с одобрением и согласием:
   [«Сердечно благодарю Вас за Ваше письмо и особенно за прекрасный подарок, сделанный Вами, – за Ваши гравюры. Я уже писал издательству, какими исключительно талантливыми я считаю Ваши гравюры.
   Вы правы в том отношении, что мои принципиальные возражения против иллюстрирования моих книг гравюрами на дереве и на металле касаются «Еврея Зюсса» в меньшей степени, чем других моих книг. Итак, я согласен с тем, чтобы Вы иллюстрировали эту книгу. Это обрадовало меня»]5.
   Высокая оценка гравюр и согласие автора романа вдохновили Соломона Юдовина, и он продолжил работу, все больше углубляясь в эпоху, описанную в романе. Он создал несколько макетов книги, заново прорабатывая каждую страницу будущего издания. Им создано множество подготовительных рисунков для будущих гравюр, а также вырезаны сами гравюры, включая заставки, концовки и буквицы. Один из наиболее законченных макетов этой книги был экспонирован на выставке работ Юдовина в Музее Израиля в 1991 году.
   Готовя иллюстрации к печати художник отобрал из многочисленных гравюр, сделанных им к роману «Еврей Зюсс», 24 гравюры, которые являются определяющими в художественном раскрытии сюжета произведения. Все вместе они образуют единый графический ансамбль и убедительно воплощают концепцию Юдовина о работе художника-иллюстратора с текстом и автором книги.

"Путешествие Вениамина 3-го"
Менделе Мойхер Сфорима

«Иллюстратор – как композитор, пишущий
музыку на чужой текст, или как дирижер»6

С. Юдовин

   Цикл иллюстраций к повести классика еврейской литературы Менделе Мойхер Сфорима, выполненный в 1935 году, является одной из вершин книжной графики Соломона Юдовина. Цикл состоит из пяти гравюр, каждая из которых – графическая новелла, взволнованный рассказ о «еврейском Дон Кихоте».
   Много восторженных слов посвящено именно этим гравюрам в книге И. Бродского и А. Земцовой, посвященной Юдовину. Авторы книги, отмечая оригинальность композиционных решений художника, психологичность образов, богатые и разнообразные приемы резьбы, справедливо оценивают эти иллюстрации как высшее достижение Юдовина7. Всего в пяти гравюрах ему удалось создать полноценную графическую повесть. В этой работе художник подтвердил свой тезис: «хорошие иллюстрации могут жить вне текста»8, то есть в качестве самостоятельных станковых листов. На наш взгляд, существующие иллюстрации к «Путешествию Вениамина 3-го», сделанные другими художниками9, во многом уступают необычайно выразительным, емким и мастерски сделанным гравюрам Юдовина, а потому остается сожалеть, что до сих пор не осуществлено издание книги с по-настоящему классическими работами большого мастера.

* * *

   Строго говоря, нельзя утверждать, что все перечисленные в статье работы Юдовина не опубликованы. Гравюры из этих циклов включались в издания, посвященные творчеству художника, экспонировались на выставках и использовались как иллюстрации в других книгах10. Однако они не реализованы в том виде, как об этом мечтал сам мастер, а именно, в первом случае, – в форме альбома, а в двух других – в качестве иллюстрированных книг. Думается, что настала пора осуществить эти замыслы!

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Личный архив Ц. Менджерицкой.

2. См.: Юдовин С., Малкин М. Еврейский народный орнамент. Витебск, 1920. С. [2].

3. Макет альбома находится в Отделе графики Музея Израиля (Иерусалим).

4. Оригинал этой записи находится в архиве Ц. Менджерицкой.

5. Подлинник письма Л. Фейхтвангера от 20 мая 1937 г. хранится в Русском музее (С.-Петербург). Перевод приведен по кн.: Бродский И.Я., Земцова А.М. Соломон Борисович Юдовин. Л., 1962. С. 41.

6. Оригинал этой записи находится в архиве Ц. Менджерицкой.

7. См.: Бродский И.Я., Земцова А.М. Указ. соч. С. 33.

8. Оригинал этой записи находится в архиве Ц. Менджерицкой.

9. Известны, например, издания этой повести, проиллюстрированные М. Горшманом (М.: Худож. лит-ра, 1961) или Иегудой Швериным (Тель-Авив: Изд-во «Двир», 1962. На иврите).

10. Из изданий, посвященных творчеству С. Юдовина, следует упомянуть книги П. Фурмана «Вицебск у гравюрах С. Юдовина» (Витебск, 1926. На белорус. яз.); И. Иоффе и Э. Голлербаха «Юдовин. Гравюры на дереве» (Л., 1928); О. Сорокина «Гравюры на дереве С. Юдовина» (Л., 1941); И. Бродского и А. Земцовой «Соломон Борисович Юдовин» (Л., 1962); «Russische Graphik des 20 Jahrhunderts» (Leipzig, 1967); «The Jewish Art of Solomon Yudovin (1892-1954): From Folk Art to Socialist Realism / Ruth Apter-Gabriel. [Каталог выставки в Музее Израиля]» (Jerusalem, 1991); Г. Казовского «Художники Витебска: Иегуда Пен и его ученики» (Из серии: «Шедевры еврейского искусства». М., 1992).

   Те или иные упомянутые в тексте статьи гравюры неоднократно экспонировались на различных выставках, в том числе персональных: в 1944 году – в Ярославле, в 1956 – в Ленинграде, в 1991 – в Иерусалиме.
   Что же касается использования гравюр Юдовина в различного рода печатных изданиях – от энциклопедии до пригласительных билетов, то это не поддается какому-либо серьезному учету. Отметим лишь, что благодаря особой художественности и выразительности, а также удобству воспроизведения черно-белые ксилографии мастера до сих пор являются излюбленным графическим материалом для оформителей различных печатных изданий.

предыдущая глава следующая глава
оглавление книги